Неточные совпадения
Чуть-чуть же человек развитой и бывалый, непременно и по возможности, старается сознаться во всех внешних и неустранимых фактах; только
причины им другие подыскивает, черту такую свою,
особенную и неожиданную, ввернет, которая совершенно им другое значение придаст и в другом свете их выставит.
— «Нет, тут другая
причина, — сказал доктор, — с черными нельзя вместе сидеть: от них пахнет: они мажут тело растительным маслом, да и испарина у них имеет
особенный запах».
— Позвольте вас, милостивый государь, предупредить и еще раз вам напомнить, если вы только не знали того, — с
особенным и весьма строгим внушением проговорил прокурор, — что вы имеете полное право не отвечать на предлагаемые вам теперь вопросы, а мы, обратно, никакого не имеем права вымогать у вас ответы, если вы сами уклоняетесь отвечать по той или другой
причине.
Но историки и психологи говорят, что в каждом частном факте общая
причина «индивидуализируется» (по их выражению) местными, временными, племенными и личными элементами, и будто бы они-то, особенные-то элементы, и важны, — то есть, что все ложки хотя и ложки, но каждый хлебает суп или щи тою ложкою, которая у него, именно вот у него в руке, и что именно вот эту-то ложку надобно рассматривать.
На это, сверх
особенного национального влечения к полиции, есть много
причин.
Вследствие ли
особенной чистоты воздуха или каких-либо иных
причин звезды по величине и яркости лучей казались крупнее, и от этого на небе было светлее, чем на земле.
После своего визита к Половодову Привалов хотел через день отправиться к Ляховскому. Не побывав у опекунов, ему неловко было ехать в Шатровские заводы, куда теперь его тянуло с
особенной силой, потому что Надежда Васильевна уехала туда. Эта последняя
причина служила для Привалова главной побудительной силой развязаться поскорее с неприятным визитом в старое приваловское гнездо.
Вот этот-то мелкий фарватер и
особенная картина, какую дают вместе Татарский и Сахалинский берега, послужили главною
причиной тому, что Сахалин долго считали в Европе полуостровом.
Вот этот
особенный случай, который я так подробно описал, и был
причиной, что я совершенно «решился».
Все предугадывали, что он не откажется, подобно Ивану Петровичу, да и рассказа его, по некоторым
причинам, ждали с
особенным любопытством и вместе с тем посматривали на Настасью Филипповну.
Разумеется, я не ожидал их встретить веселыми; но та
особенная давящая тоска, с заботой и беспокойством, которую я прочел в их глазах, сразу поразила меня, и я мигом заключил, что «тут, верно, не один покойник
причиною». Все это, повторяю, я отлично запомнил.
Однако всеобщая зубрежка захватила и его. Но все-таки работал он без
особенного старания, рассеянно и небрежно. И
причиной этой нерадивой работы была, сама того не зная, милая, прекрасная, прелестная Зиночка Белышева. Вот уже около трех месяцев, почти четверть года, прошло с того дня, когда она прислала ему свой портрет, и больше от нее — ни звука, ни послушания, как говорила когда-то нянька Дарья Фоминишна. А написать ей вторично шифрованное письмо он боялся и стыдился.
Он не понимает, что
причину поразившей его смуты составляет
особенная, не имеющая ничего общего с жизнью теория, которую сочинители ее, нимало не скрываясь, называют моралью «пур ле жанс» и которую он, простец, принял за нечто вполне серьезное.
Успел же прочесть всего только несколько лекций, и, кажется, об аравитянах; успел тоже защитить блестящую диссертацию о возникавшем было гражданском и ганзеатическом значении немецкого городка Ганау, в эпоху между 1413 и 1428 годами, а вместе с тем и о тех
особенных и неясных
причинах, почему значение это вовсе не состоялось.
Поразительное сходство между обеими девочками, видимо, не обращало
особенного внимания княгини. Злые языки говорили, что она знала
причину этого сходства, а еще более злые утверждали, что из-за этого сходства мать девочки сошла в преждевременную могилу и что в быстром развитии смертельной болезни Ульяны не безучастна была княгиня Васса Семеновна. Как бы то ни было, но девочки были почти погодки и за несколько лет стали задушевными подругами.
В это пребывание императрицы в Знаменском и произошло возвышение нового любимца, Ивана Ивановича Шувалова. Доказательством этого служило то, что он уговорил Разумовского уступить ему Знаменское, напоминавшее ему о начале его случая, а впоследствии подарил его сестре. Вряд ли Алексей Григорьевич уступил бы без
особенных на то
причин имение, подаренное ему в 1742 году государыней из собственных ее вотчин.
Но у него и во внешней жизни и во внутренней было много
причин считать себя человеком
особенным, не похожим на других.
По
особенным, совершенно, впрочем, от меня не зависящим
причинам я считаюсь человеком неудобным.
Но, кроме сказанных выше
причин, полдневное уженье на лодке имеет, по крайней мере для меня, своего рода совершенно
особенную прелесть.
Женитьба приемыша не произвела почти никакого изменения в хозяйстве рыбака. Порядок, заведенный Глебом тридцать лет назад, без всякого сомнения, не мог пошатнуться от такой маловажной
причины. Вообще говоря, в крестьянском быту сноха занимает довольно жалкую роль, особенно в первое время. Нужны какие-нибудь
особенные благоприятные обстоятельства или с ее стороны, или со стороны мужниной родни, чтобы житье ее в доме разнилось от житья простой работницы.
Рассуждая на основании своего сознания, я вижу, что соединявшее все мои сознания в одно — известная восприимчивость к одному и холодность к другому, вследствие чего одно остается, другое исчезает во мне, степень моей любви к добру и ненависти к злу, — что это мое
особенное отношение к миру, составляющее именно меня,
особенного меня, не есть произведение какой-либо внешней
причины, а есть основная
причина всех остальных явлений моей жизни.
Рассуждая же на основании наблюдения, сначала мне представляется, что
причины особенности моего я находятся в особенностях моих родителей и условий, влиявших на меня и на них; но, рассуждая по этому пути дальше, я не могу не видеть, что если
особенное мое я лежит в особенности моих родителей и условий, влиявших на них, то оно лежит и в особенности всех моих предков и в условиях их существования — до бесконечности, т. е. вне времени и вне пространства, — так что мое
особенное я произошло вне пространства и вне времени, т. е. то самое, что я и сознаю.
Если в людях есть наклонность завидовать чужому величию, то еще больше в них наклонности уважать величие; общество будет благоговеть перед великим человеком, если нет
особенных, случайных
причин обществу считать его вредным для себя.
В один вечер — злополучный вечер! — реверендиссиме Галушкинский, пригласив наставляемых им юношей, Петруся и Павлуся (я не участвовал с ними по
особенной, приятной сердцу моему
причине, о которой не умолчу в своем месте), пошли на вечерницы и как ничего худого не ожидали и даже не предчувствовали, то и не взяли с собою других орудий, кроме палок для ради собак.
Эти признаки органического расстройства и были
причиною, что в наружности m-me Мановской соседи и соседки, привыкшие более видеть в своих дочках здоровую красоту, не нашли ничего
особенного, за исключением довольно недурных глаз.
Для всякого другого такое противоречие не было бы по крайней мере предметом
особенной радости; но для этих господ именно это-то самое несогласие с наукою и служит сильнейшею
причиной пристрастия к общинному владению.
Причиною этих расходов была всеобщая роскошь, распространившаяся в то время, и против нее-то, между прочим, восставали тогдашние сатирики с
особенною силою, хотя, разумеется, опять не проводили уровня своей сатиры над всем обществом, а выбирали, что помельче.
Когда у нас, лет десять тому назад, забежавшую гиену убили, так ведь это Антон Карлыч открыл, что она действительно была гиена, по
причине особенного устройства ее хвоста.
И я постоянно возвращался к основной мысли, что
причина всех гонений на Левку состоит в том, что Левка глуп на свой
особенный салтык — а другие повально глупы; и так, как картежники не любят неиграющего, а пьяницы непьющего, так и они ненавидят бедного Левку.
Набожности в нем
особенной не было; его в церкви не часто видали; правда, он говорил, что не ходит туда по той будто
причине, что по размеру тела своего боится выдавить всех вон.
Затем опять весь вечер пробыл в сквернейшем расположении духа; даже дурной сон какой-то приснился ночью, и все-таки не пришло ему в голову, что вся
причина этой новой и
особенной хандры его — один только давешний траурный господин, хотя в этот вечер он не раз вспоминал его.
Принужден же был он наконец догадаться, сопоставив все обстоятельства, что всей хандры его, всей этой
особенной тоски его и всех его двухнедельных волнений —
причиною был не кто иной, как этот самый траурный господин, «несмотря на всю его ничтожность».
Подали ему суп, он взял ложку, но вдруг, не успев зачерпнуть, бросил ложку на стол и чуть не вскочил со стула. Одна неожиданная мысль внезапно осенила его: в это мгновение он — и бог знает каким процессом — вдруг вполне осмыслил
причину своей тоски, своей
особенной отдельной тоски, которая мучила его уже несколько дней сряду, все последнее время, бог знает как привязалась и бог знает почему не хотела никак отвязаться; теперь же он сразу все разглядел и понял, как свои пять пальцев.
Прозвище «несмертельного», данное Головану, не выражало собою насмешки и отнюдь не было пустым, бессмысленным звуком — его прозвали несмертельным вследствие сильного убеждения, что Голован — человек
особенный; человек, который не боится смерти. Как могло сложиться о нем такое мнение среди людей, ходящих под богом и всегда помнящих о своей смертности? Была ли на это достаточная
причина, развившаяся в последовательной условности, или же такую кличку ему дала простота, которая сродни глупости?
Конечно, много было
причин к такому общему поражению, но было что-то и
особенное.
В 1840 г. еще раз побывал Кольцов в Москве и в Петербурге.
Причиной его поездки были два тяжебные дела, для окончания которых нужно было хлопотать ему самому в обеих столицах. Одно дело (в Петербурге) было проиграно. Кольцов поспешил в Москву, чтобы там хлопотать о другом. Здесь хлопоты его кончились благополучно, благодаря
особенному участию кн. П. А. Вяземского, давшего ему много рекомендательных писем к разным лицам, к которым ему бы иначе и доступа но было.
Хотя он был
причиной моей погибели, хотя он ничего и никого никогда не любил, я любил его и люблю его именно за это. Мне нравилось в нем именно то, что он был красив, счастлив, богат и потому никого не любил. Вы понимаете это наше высокое лошадиное чувство. Его холодность, его жестокость, моя зависимость от него придавали
особенную силу моей любви к нему. Убей, загони меня, думал я, бывало, в наши хорошие времена, я тем буду счастливее.
Но бывает и то, что такие наваждения, возникнув вследствие
особенных, случайно выгодных для их утверждения,
причин, до такой степени соответствуют распространенному в обществе и в особенности в литературных кругах мировоззрению, что держатся чрезвычайно долго.
На этом вечере полковница встретила Августа Матвеича при всех с
особенным вниманием: она встала, прошла ему навстречу и подала ему обе руки, а он попросил извинения «в польском обычае» и поцеловал у нее руки, а на другой день прислал ей письмо по-французски, где написал, что он все это время отыскивал сам пропавшие деньги вовсе не для их ценности, а для
причин чести…
Причиною тому было
особенное обстоятельство.
Если бы они задали себе этот вопрос, то увидели бы, что [
причина не в толпе идущих, а в препятствии, стоящем на дороге: что] прямую дорогу всякий бы охотнее выбрал, если б не встретилось на ней
особенных неудобств, и что вовсе не толпа виновата в том, если прямой путь стремительных юношей затрудняется.
Старшина говорит мне то же, что и староста, что
причина особенной строгости взыскания — предписание высшего начальства. Старшина признает, что трудно собирать с бедных, но уже не с таким сочувствием, как староста, относится к беднякам и не позволяет уж себе осуждать начальство и, главное, почти не сомневается в необходимости своей должности и безгрешности своего участия в этих делах.
Кроме
причин, мною высказанных, у меня была своя,
особенная, секретная
причина: я с приезда моего в Петербург, всякий свободный вечер проводил у Шушерина, с которым мы постоянно занимались сценическим искусством, то есть читали, разыгрывали пиесы и рассуждали об их исполнении.
Ежели бы русское войско было одно, без союзников, то, может быть, еще прошло бы много времени, пока это сознание беспорядка сделалось бы общею уверенностью; но теперь, с
особенным удовольствием и естественностью относя
причину беспорядков к бестолковым немцам, все убедились в том, что происходит вредная путаница, которую наделали колбасники.
Ростов сам так же, как немец, взмахнул фуражкой над головой и, смеясь, закричал: «Und Vivat die ganze Welt»! [ — И да здравствует весь свет!] Хотя не было никакой
причины к
особенной радости ни для немца, вычищавшего свой коровник, ни для Ростова, ездившего со взводом за сеном, оба человека эти с счастливым восторгом и братскою любовью посмотрели друг на друга, потрясли головами в знак взаимной любви и улыбаясь разошлись — немец в коровник, а Ростов в избу, которую занимал с Денисовым.
Напоминайте им, что обязанность их слишком страшна, что ответ они дадут больше, чем кто-нибудь из людей всякого другого звания, что теперь и синод, и сам государь обращают
особенное внимание на жизнь священника, что всем готовится переборка, потому что не только высшее правительство, но даже все до единого в государстве частные люди начинают замечать, что
причина злу всего есть та, что священники стали нерадиво исполнять свои должности…